Глава 4
Оценка и переоценка некоторых проблем общей патологии
Некоторые проблемы патологии

Рассмотрим две работы: "Общая патологическая анатомия" Ашоффа (Aschoff, 1923) и Абрикосова (1950). Начнем с патологоа-натомической картины гриппа. Прежде всего вы найдете перечень так называемых возбудителей гриппа. Их немало. Вначале причиной гриппа считались палочки Пфеффера, потом их место заняли микрококки, пневмококки, диплококки, стрептококки. За последние годы вирусологи обнаружили больше ста разновидностей различных вирусов, вызывающих грипп.

Всякий здравомыслящий человек, не загипнотизированный учеными терминами, поймет, что при наличии более сотни возбудителей болезни ни один из них не может явиться возбудителем гриппа. Наличие разнообразных микробов в данном случае в таком числе должно считаться вторичным биологическим наслоением, развивающимся на почве пораженных тканей и клеток, дегенерация которых вызвана другими факторами.

Во время течения так называемого сезонного гриппа Мюллер (Miiller, 1922) и его ученики установили наличие венозного застоя в преобладающем количестве капилляров. Этим венозным застоем в капиллярных сетях легко объясняется венозная гиперемия, множественные эмболии при тяжелых формах гриппа, тромбозы, геморрагические инфаркты в разных органах, характеризовавшие "испанский" грипп в 1918 г.

Среди осложнений тяжелых форм гриппа тем же венозным застоем объясняются постэмболические абсцессы легких, ограниченные плевриты, гангрены легкого, перикардит, перитонит, энцефалит, инфаркт миокарда.

Все перечисленные тяжелые осложнения не вызываются ни многочисленным отрядом микробов, ни ураганом сотен вирусов. Причина давно установлена Тюбингенской школой: острый паралич венозных петель десятков тысяч капилляров при гриппе. С тех пор как грипп начали лечить антибиотиками, он совершенно изменил свой характер. Грипп уже не является сезонной эпидемией, он стал пандемией во всех европейских и заокеанских странах, подобно чуме в Индии, и характеризуется возвратной формой, подобно возвратному тифу.

В двух работах, упомянутых выше, как и во всех современных патологоанатомических исследованиях, можно отметить странную привычку патологоанатомов рассматривать или интерпретировать посмертные анатомические изменения тканевых и клеточных структур как результат последней болезни, вызвавшей смерть. Это значит, что патологоанатомическая мысль принимает во внимание только последний, 5-й акт физиологической драмы, не давая себе труда продумать хронологию целого ряда структурных изменений, накопившихся у больного за всю жизнь до наступления последней смертельной болезни.

Патологами совершенно игнорируется или ложно (неточно) объясняется значение лимфатических узлов в грудной полости при гриппе. Тем не менее эти распухшие узлы являются следствием перенесенного в раннем детстве коклюша, которым поражается 90 % детей. Патологоанатомам не приходит в голову, что наблюдаемое разрастание соединительной ткани в легких и срастание брюшины вокруг внутренностей являются последствием перенесенных болезней задолго до последнего заболевания. Точно так же ошибочно объясняется наличие бронхоэктазий, вызванных хроническим бронхитом задолго до смерти больного, подвергшегося вскрытию.

Пора патологам начать определять возраст, длительность патологических изменений каждого органа, каждой ткани, каждой клетки. Патологи обязаны, подобно геологам, устанавливать, сохраняя все математические пропорции, возраст и длительность каждого болезненного изменения.

Патология должна стать динамичной, она должна восстанавливать драматическую историю всех болезненных явлений на протяжении всей жизни. Этот метод откроет новые пути, новые горизонты и новые перспективы клиники и терапии.

В работе проф. Абрикосова количество изученных болезней равняется 190. Принимая во внимание, что каждая болезнь сопровождается рядом патологических изменений, что при тяжелых случаях течения болезней патологические изменения имеются и в ряде других органов, количество различных форм заболеваний должно превысить две тысячи. Такое большое количество разнообразных симптомов с большим трудом может удерживаться в памяти студентов и даже опытного врача.

Подумаем вместе, нельзя ли это огромное количество симптомов сократить. Мы считаем это возможным. Если бы в земледелии или садоводстве надо было бы употреблять более тысячи приемов для выращивания растений, мы лишились бы и овощей, и злаков. В агрономии применяются четыре процесса.

1) Вспахивание земли трактором, что увеличивает подвоз кислорода к корням растений, создает лучшие условия для равномерного пропитывания корней подпочвенными водами и повышает производительность почвенных бактерий, фиксирующих азот, необходимый для построения белковых молекул в корнях растений.

2) Рациональное орошение, т.е. подвоз достаточного количества жидкостей, питающих благодаря внутриклеточным микровспышкам корни, ветви, листья и плоды до самой верхушки растения.

3) Забота об устойчивости растения (подпора).

4) Уничтожение сорных трав, заглушающих рост культурных растений (прополка).

Читатели, знакомые с предыдущей главой, осведомлены о значении различных форм усталости как главных, основных факторах для возникновения различных форм заболеваний. Мы различаем усталость мышечную, нервную, акустическую, оптическую, термическую, пищеварительную, половую, интеллектуальную, эмоциональную. Для нас человек, нормально работающий и не подвергающийся в течение долгого времени ни одной из перечисленных форм усталости, не может заболеть. Ни один из многочисленных микробов, заполняющих полость носа, конъюнктивы, глотку, гортань, трахею, большие и малые бронхи, не может вызвать никакую болезнь, даже при отсутствии предохранительных прививок.
Существуют четыре главных фактора, вызывающих предрасположение к заболеваниям.

1) Чрезвычайно ослабленное дыхание, т.е. уменьшение подвоза кислорода к крови, а через кровь - решительно ко всем органам (общая гипоксемия).

2) Уменьшение суточного объема мочи, провоцирующее задержку и осаждение мочевины, мочевой кислоты, хлористого натрия, фосфатов, кальция, аммиака. Через некоторое время эта задержка вызывает механическое раздражение органов, тканей и клеток, покрытых и пронизанных вышеназванными невыделенными субстанциями. Когда их накопление становится чрезмерным, возникает хроническое отравление органов, тканей и клеток, что влечет за собой структурное перерождение и функциональную недостаточность систем и органов.

3) Ослабление циркуляции крови, лимфы, спинномозговой жидкости в артериях, венах, кровеносных и лимфатически капиллярах, а также во вне- и внутриклеточных жидкостях. Каждое замедление циркуляции дыхания, выделение мочи вызывает различные формы заболеваний в зависимости от большей или меньшей степени предшествовавшей усталости той или иной структурно-функциональной системы или того или иного органа.

4) Фактором, предрасполагающим к различным заболеваниям, является также недостаточная ассимиляция, т.е. уменьшение способности пищеварительной системы превращать питательные вещества: белки, жиры, углеводы и минеральные соли в усваиваемые растворы..

Совокупность расстройств всех четырех перечисленных систем влечет за собой тяжелое заболевание. Чаще всего встречается сочетание гипоксемии и пониженного мочеотделения.

Патология заболеваний дыхательных путей. Почти все заболевания дыхательных путей у взрослых подготавливаются медленно, но верно в детском возрасте. Недостаточная вентиляция в детской комнате, повторные бронхиты вызывают слабость диафрагмы, межреберных мышц и мало-помалу приводят к резкому понижению подвоза кислорода ко всем органам.

Мы обязаны отметить и подчеркнуть вредную и опасную привычку родителей и педагогов пугаться всякого повышения температуры и понижать ее лекарствами при первом появлении. Повышение температуры необходимо для уничтожения микробов и токсинов, возникающих при распаде белковых молекул в каждой клетке. Искусственное понижение температуры вызывает вторичное накопление белковых токсинов, что в свою очередь влечет за собой перерождение других здоровых клеток и прогрессивное увеличение белковых токсинов, открывающее дорогу хроническим заболеваниям легких и других органов во взрослом возрасте.

Микробы не являются возбудителями легочных заболеваний. Они появляются уже после распада клеток, как появляются бактерии в разлагающихся остатках пищи. Мы наблюдали, как не тяжелые заболевания дыхательных путей постепенно ведут к уменьшению подвоза кислорода ко всем органам. Наступает стадия хронического кислородного голодания, которое является основной причиной возникновения заболеваний дыхательных путей в юношеские и зрелые годы.

Надо также отметить очень важную роль, которую играют среди других детских заболеваний коклюш и корь. Современная педиатрия совершенно не осведомлена о том, что всякий коклюш, даже в самой легкой форме, влечет за собой длительное набухание лимфатических узлов, "гипертрофию" лимфатических сосудов легких, бронхов, плевры. Правильная аускультация дает возможность прослушать их через 30-40 лет после начала коклюша.

Всякое искусственное понижение температуры при кори влечет за собой паралич альвеолярных, кровеносных и лимфатических капилляров и создает предрасположение к хроническим и острым заболеваниям дыхательных путей.

Товарищи педиатры, если вы хотите избавить ваших маленьких пациентов в будущем, когда они станут взрослыми, от бронхитов, воспаления легких, от бронхоэктазий, плевритов, от абсцессов легкого, туберкулеза легких, - не понижайте температуру у ваших маленьких пациентов, применяйте во время кори, коклюша, гриппа горячие обертывания грудной клетки. Таким путем вы добьетесь истинно профилактической медицины, гораздо более действенной, чем БЦЖ.

Роль школьной медсестры была бы очень полезна, если бы она каждое утро до начала занятий проводила осмотр горла детям, устанавливая наличие насморка и удаляя заболевших детей во избежание массовой инфекции. Кашляющие, чихающие дети не должны допускаться на уроки. Школьные врачи должны стать равноправными членами педагогического совета. При обсуждении школьных программ врачи должны настаивать на норме школьной нагрузки соответственно возрасту. Подумайте, какими простыми средствами можно создать здоровое поколение. В начале нашего столетия организация, названная "Капля молока", спасла десятки тысяч новорожденных. Несколько капель здравого смысла у педиатров могли бы гарантировать здоровье растущих поколений.

Почечная недостаточность. Патологическая анатомия изучает различные формы заболеваний почек. В каждой почке насчитывается более миллиона клубочков. Клубочек вместе в почечным канальцем представляет собой функциональную почечную единицу - нефрон. Умирают от нефрита, когда число почечных единиц сокращается на 75 %, с 30 % можно еще как-то прозябать.

Каждый нефрон представляет собой клубок специализированных кровеносных капилляров. Во всех клубочках за 24 ч проходит 200 л крови. Если почки находятся в нормальном состоянии, 198.5 л всасываются обратно в кровоток и возвращаются в общую циркуляцию крови. Это всасывание происходит в извитых канальцах почек, в которых происходит изумительная, никакой химией не объяснимая концентрация различных субстанций крови, подлежащих выделению. Это чудесное всасывание, которое беспрерывно происходит в извитых канальцах, производится химически точно, в непостижимом ритме, с автоматизмом, пока еще не объяснимом современной химией. Таким образом, из крови здорового человека выделяется в мочу от 0.30 до 0.50 г/л мочевины, за 24 ч в 1 л мочи должно выделиться 20.0 г. Хлористого натрия почки выделяют от 12 до 15 г/л мочи за 24 ч, в крови он содержится в количестве 0.06 г/л. Почки также должны выделить 180-200 мг кальция/л мочи.

Пока соблюдается количественное постоянство выделения вышеназванных и других субстанций, почки остаются здоровыми. При уменьшении выделения какой-либо из субстанций через некоторое время наступает легкое, среднее или тяжелое заболевание почек.

Патологической анатомии кроме гломерулонефрита известны почечный капиллярит, гнойный нефрит как следствие эмболии, вызванной каким-либо другим гнойным очагом или функциональным раздражением (проникновение колибацилл, энтерококков и стрептококков, ведущее иногда к паранефритическому абсцессу), наконец, туберкулез почек. Удивительно, что в трудах патологической анатомии не упоминается о задержке в почках минеральных солей, а в мочеточниках и в мочевом пузыре - уратов, оксалатов, фосфатов. Также не упоминается о патогенетическом значении задержки кальция, которая является первейшим фактором образования камней в почках, в мочеточниках, в желчном пузыре и в главном желчном протоке. Задержка кальция может вызвать очень тяжелые расстройства (деформирующий ревматизм, болезнь Бехтерева).

Сочетание гипоксемии и почечной недостаточности. Это наиболее значительный раздел патологической анатомии, клиники и терапии. Начнем с патологической анатомии. В ней имеются описания мелких кровоизлияний в мозгу, перерождения различных видов нервных клеток и волокон. Патологическая анатомия продемонстрирует набухание и распад нервных клеток, вакуолизацию клеточной цитоплазмы, проникновение фибрина в клетку, петрификацию (окаменение) клеток и нервных волокон.

Оспа, брюшной тиф, грипп, пневмония, скарлатина, рожа могут сопровождаться в качестве осложнения воспалением или перерождением головного или спинного мозга - энцефаломиелитом. Происхождение - эмболия из омертвевших клеток различных частей организма.

При поражении мозга хронической малярией (нейропаллюдизм), когда капилляры коры головного мозга и подкорковых образований заполнены эритроцитами, наблюдаются множественные тромбозы капилляров и артериол мозга, вокруг которых образуются некротические пояса погибших клеток. Это явление может привести к коматозному состоянию малярийного происхождения.

После перечисления многочисленных факторов, вызывающих острые и хронические, заболевания центральной нервной системы, можно поставить следующий вопрос: действительно ли современная патология разгадала главные факторы, вызывающие заболевания головного и спинного мозга?

После работы проф. Шошара (Chauchard, 1943, 1951) стало понятно значение недостаточного подвоза кислорода к нейронам головного и спинного мозга. В то же самое время мне удалось закончить многолетнюю работу по изучению почечной недостаточности. Странное хронологическое совпадение: в 1951 г. была опубликована замечательная работа академика Б.Н.Клосовского о циркуляции крови в мозгу.

Его физиологические опыты и многочисленные тончайшие наблюдения показали, что для нормальной деятельности мозга необходим достаточный подвоз кислорода и удаление вредных продуктов обмена веществ, находящихся в крови, лимфе и спинномозговой жидкости. Это положение полностью подтверждено нами и нашими последователями в различных странах начиная с 1951 г.

Проанализировав так называемые достижения современной неврологии и психиатрии, надо признать, что, несмотря на геометрически точную топографию заболеваний головного и спинного мозга, не существует рациональной терапии ни в неврологии, ни в психиатрии.

Кроме хирургических операций, которые редко дают благоприятный исход, сосудорасширяющие, стимулирующие, угнетающие медикаменты являются только утешением для больных и их близких. А многие из этих медикаментов очень вредны. Но именно в области заболеваний центральной нервной системы применение бальнеотерапии и диетических режимов дает благоприятные результаты.

Прошло много лет с тех пор, как выдающийся русский патолог проф. В.Подвысоцкий (1905) написал строки, остающиеся и сегодня неоспоримой истиной: "Число основных типов болезненных процессов, какими бы причинами и в каком бы органе они не были вызваны, весьма невелико; между тем вследствие различной взаимной группировки этих процессов или вследствие локализации их по различным частям тела количество отдельных видов я форм болезней достигает огромного числа" (с. 23).

Действительно, сущность воспаления, омертвления, амилоидного, жирового или другого перерождения, сущность тромбоза, отравления остается одинаковой, в каком бы органе или части тела ни совершались эти процессы.

Благодаря данным, полученным при помощи электронного микроскопа, наше представление о структурах и жизни клеток значительно расширилось, и мы начинаем отдавать себе отчет в том, что сугубо медикаментозное лечение не в состоянии изменить тончайшие структуры различных частей клетки; мы лишены возможности непосредственно бороться с функциональным расстройством, мы можем только создать условия для самовыздоровления больных клеток, как это делается в земледелии и садоводстве.

Венозный застой, инфекции и микробы

Если ввести подкожно или внутримышечно экстракт яичного белка или стерилизованное молоко, то можно вызвать местную инфекцию. Повторяя эту инъекцию несколько раз, получим легкое или тяжелое заболевание в зависимости от числа инъекций. Это - общая инфекция. Однако, употребляя в пищу молоко и яйца годами и десятилетиями, человек не заболевает. В обоих случаях человеческий организм получает те же альбумины, превращение которых в белковые молекулы может вызвать отравление белковыми токсинами.

При нормальном питании белковые токсины обезвреживаются соками пищеварительного тракта, бесчисленными ферментами и бактериями, обитающими в кишечнике. Мертвые питательные вещества чудодейственно превращаются в жизненную энергию и удивительным образом восстанавливают часть цитоплазмы клеток, т.е. живые структуры человеческого организма.

Каждое повреждение слизистой оболочки сопровождается проникновением в пораненный микроочаг микроорганизмов. Микробы являются постоянными обитателями носовых пазух, рта, глотки, пищевода и толстого кишечника. Великие умы - Пастер, Мечников, Безредка - установили как неоспоримую истину, признанную патологами и клиницистами, следующий закон: "Не существует инфекции, которая не была бы вызвана микробами".

Но Пастер на смертном ложе сказал: "Микробы ничто, все решает среда (почва)". Это значит, что состояние организма определяет эффект встречи организма с микробами. Знаменитый опыт Пастера это подтверждает. Он заражал кур бактериями куриной холеры. Половина кур, лапки которых на некоторое время поместили в холодную воду, заболели и погибли. Другая половина кур получали горячую ножную ванну и не заболели.

Холодная ножная ванна всегда сопровождается венозным застоем, вызывающим увеличение объема венозной крови и сокращение объема артериальной крови. Последнее закономерно сопровождается уменьшением объема кислорода, подвозимого всем тканям и органам, а также снижением выделения конечных продуктов обмена веществ, скопившихся в крови, лимфе и во внеклеточных жидкостях.

Горячая ванна, примененная куриным лапкам, как и горячие ножные ванны для человека, усиливает приток артериальной крови и тем самым повышает приток кислорода к тканям и органам, способствует удалению отходов жизнедеятельности. Этот же принцип способствует излечению многих тяжелых инфекционных заболеваний (путем применения гипертермических ванн). Тем не менее жизнь человека отличается от жизни курицы. Прошло уже более ста лет после знаменитого опыта Пастера, но бактериологи не удосужились его повторить.

При местном ограниченном воспалении белковые токсины и другие антигены уничтожаются фагоцитами. При общей инфекции (интоксикации) организм мобилизует все свои энергетические резервы, вызывая повышение температуры, спасительную лихорадку, подобно мусоросжигательной печи, уничтожающей все вредные вещества, циркулирующие в крови, лимфе и во внеклеточных жидкостях. Поэтому никогда не надо искусственно понижать высокую температуру. (Если температура превышает 40 °С, надо положить пузырь со льдом на затылок и 2 раза в день делать горячие грудные обертывания).

Если венозный застой образуется быстро, если в то же время в крови имеется скопление волоконец фибрина, то образуется либо тромбоз, либо крупозная пневмония. Если же венозный застой происходит медленно, то создаются все условия для образования некроза. Только в этих условиях становится возможным проникновение и размножение микробов в предварительно омертвевших очагах.

Бактериологи рассматривают вторжение микробов и вирусов как первопричину возникновения инфекции мы же считаем, что без предшествующего венозного застоя, без омертвления массы клеток инфекция невозможна. Так, как в старинной кадрили, микробы и инфекция меняются местами. И это перемещение настоятельно требует рационального изменения терапевтических приемов, используемых при лечении каждой инфекционной болезни.

Вместо того чтобы иммунизировать организм вакцинами, вместо того чтобы понижать температуру антибиотиками, надо прежде всего-освободить организм от венозного застоя гидротерапевтическими приемами (горячими обертываниями и гаммой ванн). Тепло, подносимое обертываниями и ваннами, вызывает открытие бесчисленных закрытых кожных капилляров, освобождает организм от венозного застоя, уничтожает микробную флору, вызывает распад некротических очагов и выведение их продуктов. Фагоциты, агглютинины, лизины, всегда присутствующие в плазме крови, обеспечивают ее полное очищение, как и очищение лимфы и других жидкостей организма.

Несмотря на нашу более чем 60-летнюю медицинскую практику в пяти странах Европы, несмотря на 40-летние гистологические и клинические изыскания, мы не без основания предвидим, что наши концепции будут приняты как не имеющая большой цены ересь, предложенная дилетантом-фантастом. Тем не менее мы хотим представить нашим будущим критикам некоторые доказательства, собранные во всемирной научной литературе.

Предлагаю ознакомиться с выдающимся "Трактатом по патологической анатомии" проф. Л.Ашоффа: "После глубокого изучения венозного застоя мы нашли различные соотношения между венозным застоем и инфекцией. Факторы, вызывающие большой венозный застой, порождают инфекцию; трудно установить границу между инфекцией и венозным застоем" (Aschoff, 1923, с. 44). Это робкое утверждение, напечатанное мелким шрифтом, трудно отыскать на 2000 страницах обширного трактата.

Венозный застой всегда сопровождается уменьшением объема артериальной крови и резким уменьшением притока кислорода. Общая гипоксемия сокращает энергетический баланс организма, замедляет все биохимические реакции. В легких гипоксемия сопровождается увеличением углекислоты. Стенки вен расширяются и теряют свою эластичность, коронарные артерии не получают достаточного количества кислорода, так же как и клетки миокарда и эндокарда. Если состояние гипоксемии продолжается долго, то может развиться миокардит, эндокардит, инфаркт миокарда.

Венозный застой в полости живота сопровождается анемией мозга. Он наблюдается при перитоните у хронических алкоголиков. Венозный застой замедляется вследствие сдавливания в случаях опухолей, цирроза печени, гнойного или серозного плеврита, при пороках сердечных клапанов. Это объясняется тем, что венозная циркуляция стимулируется сердечными систолами и диастолами, движением диафрагмы, а также венозными клапанами.

Неподвижность грудной клетки (болезнь Мари Бехтеревой), перикардит, увеличивая венозный застой, сопровождается понижением артериального давления крови, слабостью и резким похудением брюшной мускулатуры. Длительный венозный застой вызывает утолщение эндотелия капилляров, разрастание соединительной ткани. Последняя, образуя рубцы в разных органах, вытесняет или заменяет специализированные клетки. В зависимости от места поражения это приводит: в почках - к нефросклерозу, в легких - к пневмосклерозу, в головном и спинном мозгу - к рассеянному склерозу, в коже - к склеродермии, в печени - к циррозу.

После перевязки языка у лабораторных животных в первой фазе наблюдается замедление кровотока с последующим диапедезом (выходом эритроцитов в межклеточные пространства через эндотелий капилляров). Такое же явление наблюдается в любой части организма подопытных животных, если исследуемый участок подвергается охлаждению до температуры -7 °С или перегреванию при температуре +46 °С. При экспериментальном продлении венозного застоя во второй фазе отмечаются многочисленные точечные кровоизлияния, за которыми следует образование некротических очагов. После появления некротических очагов широко открываются ворота для вторжения и размножения микробов.

А теперь разрешите представить другие свидетельства крупных ученых и исследователей, работы которых опубликованы в научной периодике. Преобладающее значение объема жидкостей в человеческом организме, их роль в устойчивости анатомических структур, в равновесии и ритме всех функций организма были уже предугаданы выдающимся патологом Конгеймом (Cohnheim, 1877). Идеи Конгей-ма были разработаны и расширены проф. Грегорачи (Gregoraci, 1927), который считал, что микробы, постоянно находящиеся в пазухах носа, во рту, в горле, на коже, не проявляются и не размножаются до тех пор, пока клетки, ткани, органы не подвергнутся предварительному распаду. Проф. Виллеман (Villemain), цитируемый Грегорачи, отмечал, что наши терапевтические и профилактические усилия должны быть ориентированы в двух направлениях:

1) уменьшить вирулентность микробов и их размножение;
2) усилить сопротивляемость организма.

Проф. Воес (Woes), также цитируемый Грегорачи, представил большое количество случаев самовыздоровления от кавернозного туберкулеза. Проф. Биллрот (Billroth), знаменитый венский хирург, был убежден, что сами по себе микробы не обладают достаточной жизненной энергией, чтобы разрушить нормальную ткань. Здесь мне хотелось бы выразить глубокую благодарность моему большому другу, неутомимому исследователю доктору Манчини (Mancini), обратившему мое внимание на прекрасную работу проф. Грегорачи. Эта посмертная встреча очень помогла мне и способствовала в моих усилиях подвергнуть холодному анализу такие жгучие проблемы.

Доктор Ренэ Дюбо (Dubos, 1961), проживающий в США, опубликовал замечательную работу "Мираж здоровья", характеризуемую обширнейшей эрудицией и удивительной ясностью ума. Познакомим читателя с его основными идеями. Он считал, что как только современной медицине удается уничтожить одну форму болезни, немедленно другая болезнь заступает ее место. Не существует болезни, которая могла бы быть вызвана микробом: это не палочка Коха была возбудителем прогрессивного распространения туберкулеза в XIX в. Эпидемия туберкулеза, свирепствовавшая в Европе в XIX столетии, была лишь следствием социальной трагедии, вызванной индустриальной революцией: массовое переселение из деревень в индустриальные центры, где рабочие селились в городских трущобах, жили и работали в ужаснейших условиях... Рабочие проводили долгие часы изнурительного труда в удушающей атмосфере угольных шахт... Эксплуатировался детский труд..., питание в городах было плохое.

Отсутствие даже самых примитивных гигиенических условий, недостаточность питания, отсутствие солнца и света создавали комплекс факторов, в тысячи раз более губительных, чем бацилла туберкулеза. Животный организм, как и организм человека, даже самый здоровый, всегда является носителем вирусов и микробов. Уничтожая опасные микробы, уничтожают в то же время и микроорганизмы, охраняющие наше здоровье. Борьба с микробами приводит к уничтожению полезной микробной флоры кишечника.

Эпидемии проказы, сыпного тифа, чумы исчезли в Западной Европе до появления микробиологии. В 1960 г. в США, несмотря на высокий уровень жизни, каждый житель тратил 10 % своего заработка на лечение. Там даже на улице можно было купить в автомате за 5 центов возбуждающие или успокаивающие лекарства, часто очень ядовитые.

Четверть населения США пытается ежегодно в течение двух-трех месяцев осуществить психический отдых и восстановить умственное равновесие в психиатрических больницах.
Лабораторные животные, воспитанные в абсолютно стерильных условиях, гибнут все без исключения, вступая в контакт с микробами, существующими в нормальной среде. Эти животные теряют способность реагировать на инфекцию мобилизацией всех своих защитных реакций, в противовес животным, привыкшим жить в условиях симбиоза с микробами.

Отсюда можно сделать заключение о том, что необходимо соприкосновение с микробами для адаптации к неизбежному симбиозу. Антибиотики, уничтожая определенную расу микроорганизмов, создают благоприятные биологические условия для развития других видов микробов. Микробиология становится в своей крайности микромифологией!

Пастер в последние годы жизни утверждал, что степень сопротивляемости человеческого организма зависит от его наследственности, от его питания, от социальной среды, окружающей его, от климата, а также от его психического состояния. Пастер рассматривал микроб как один из факторов среди многих других, способных вызвать инфекцию.

В то время, когда Роберт Кох опубликовал свой знаменитый доклад о бацилле туберкулеза, почти все жители городов Западной Европы являлись ее носителями, но лишь минимальный процент населения был поражен в той или иной форме клиническим туберкулезом.

В 1900 г. знаменитый гигиенист Петтенкофер в Баварии и не менее знаменитый Мечников во Франции, а также их ученики решили, рискуя собственной жизнью, провести своеобразный опыт. Они проглотили культуры вибрионов холеры, взятых из кишок больных, погибших от холеры. В экскрементах (испражнениях) этих ученых было найдено огромное количество холерных вибрионов, кое у кого из экспериментаторов появился легкий понос, но проглоченные микроорганизмы не вызвали ни одного случая заболевания холерой.

После Петтенкофера, Мечникова и их учеников нашлись другие, очень смелые экспериментаторы, глотавшие миллиарды бацилл дизентерии в условиях, способствовавших развитию инфекции. Для увеличения шанса заболевания дошли даже до того, что глотали облатки с испражнениями больных тяжелой формой бациллярной дизентерии. Большинство из них не испытало даже малейшего недомогания.
В течение зимы 1952-1953 гг. 4 дня туманов в Лондоне повлекли за собой смерть 5000 больных. По нашему мнению, эта чрезвычайная смертность была вызвана резким понижением объема кислорода в атмосфере и скоплением радиоактивных частичек в воздухе.

Дорогие читатели, прочитайте захватывающую книгу доктора Дюбо, На с. 130 и 132 вы найдете его размышления о "магическом действии" современных медикаментов. Дюбо объясняет экспансию антибиотиков, успокоительных и стимулирующих средств "коллективной истерией" врачей и пациентов.
Мы не отрицаем полезность антибиотиков при лечении менингита, но мы утверждаем, что большинство инфекционных и хронических болезней поддаются лечению без осложнений методами бальнеотерапии. В случаях хронических заболеваний современные медикаменты являются лишь моральным утешением, оплачиваемым последующими осложнениями болезни.

Большие эпидемии прошлого были вызваны отсутствием гигиены, они исчезали сами по себе без медикаментов и лечения, по мере того как улучшался жизненный уровень. В настоящее время мы являемся свидетелями увеличения сердечно-сосудистых и мозговых заболеваний, злокачественных опухолей; число умственно отсталых детей увеличивается в катастрофических пропорциях во всех цивилизованных странах.
Ссылки на работы ряда ученых, разделяющих наши взгляды на ту роль, которую играет венозный застой в случаях развития различных инфекций, могут быть дополнены наблюдениями, собранными в стрессовых условиях: не в спокойной обстановке какой-нибудь лаборатории или в факультетской клинике, а в чистилище многочисленных концентрационных лагерей гитлеровской Германии.

В 1958 г. проф. Шарль Рише (Richet), член Медицинской академии Франции и доктор Мане (Mans), генеральный инспектор здравоохранения, член Медицинской академии опубликовали работу под названием "Патология пленников гитлеровских застенков". Эти два знаменитых автора разделили судьбу миллионов интернированных, приговоренных к медленной смерти, к беспрерывным притеснениям и пыткам. Несмотря на ужасные условия жизни, эти два исследователя сохранили ясность мысли для наблюдений, регистрации всего, что происходило вокруг них и в конечном итоге пришли к ценным научным заключениям.

В частности, они отметили влияние охлаждения и переохлаждения на развитие многих неинфекционных и инфекционных заболеваний. Так, на с. 36 можно прочитать: "Холод также был одним из наших злейших врагов, и от ноября до апреля большинство заключенных ни на час не имели возможности согреться, даже ночью". И далее на с. 38: "Итак, холод является важнейшей, даже решающей причиной возникновения огромного количества инфекций, в том числе пневмонии, плеврита, рожистого воспаления, нефрита".

А какие последствия вызывает длительное охлаждение? Венозный застой! А каковы последствия венозного застоя?

1) Значительное увеличение углекислоты в венозной крови;
2) увеличение объема венозной крови и сокращение объема артериальной крови;
3) сокращение количества кислорода в клетках, в тканях, во всех органах и увеличение объема углекислоты во всем организме. Это гипоксемия и интоксикация слишком большим количеством углекислоты.

Размножение и вторжение микробов, нормально живущих в дыхательных путях и на коже, становятся возможными лишь при определенной стадии гипоксемии и определенной степени отравления углекислотой. Микробы атакуют лишь пораженные или мертвые участки. Мы выделяем только одно исключение для возникновения малярии и сифилиса. К этому вопросу мы специально вернемся в дальнейшем.

Как организовать мероприятия по борьбе с венозным застоем? Грелка на область печени уменьшает венозный застой в печени и во всей территории, орошаемой воротной веной. В случае цирроза печени надо придерживаться фруктово-овощной диеты, каждые два месяца ставить пиявки на область печени. Горячие обертывания грудной клетки уменьшают или снимают венозный застой в легких, в плевре, в миокарде. Гамма гипертермических ванн (никогда не превышая 42 °С) является действенным средством для уменьшения общего и местного венозного застоя.

Мы наблюдаем в настоящее время преобладание следующих заболеваний: грипп, ставший пандемией, хронический бронхит, бронхиальная астма, пневмосклероз, нефросклероз, инфаркт миокарда, инсульт, профессиональный дерматит, экзема, различные опухоли (рак), почечная недостаточность. Во Франции 1.5 млн отсталых детей, состояние которых может быть улучшено. Можно добиться выздоровления миллионов больных, не прибегая к современным медикаментам, к операциям.

Сколько здоровых детей имеют в полости рта и глотке бациллы дифтерита, у скольких здоровых детей можно обнаружить бациллы брюшного тифа и дизентерии в желчном пузыре! Микробиологи окрестили этих субъектов "бациллоносителями". Даже не ставится вопрос о физиологических механизмах этого любопытного явления. Нужно ли заключить, что "бациллы научного любопытства" недостаточно заразны и не поражают бактериологов?

Нельзя забывать, что без микробов, фиксирующих азот на корнях растений, жизнь растений и жизнь животных была бы невозможна; что определенная раса микробов должна рассматриваться в качестве хранителей источников жизни на Земле.

Инкубационный период принято считать за первую фазу инфекционного заболевания. Для меня - это степень предшествующей усталости, сопровождаемой уменьшением кислородного снабжения в комбинации со скоплением вредных субстанций в жидкостях организма, провоцирующих повреждение клеток и "призывающих" микробы явиться уже в роли могильщиков. Огромное количество клеток погибает, причем их микротрупы в процессе распада увеличивают количество белковых токсинов именно в этот-то момент микробы всегда находятся в организме и начинают размножаться. И тем не менее очень много болезненных состояний развиваются без какого бы то ни было микробного вмешательства. А именно: серия сердечно-сосудистых заболеваний, почти все заболевания мозга, невриты и невралгии, астма, базедова болезнь (тиреотоксикоз), эпилепсия, глаукома, катаракта и др.

Исход каждой инфекции решается уже во время инкубации. Если предварительная усталость незначительна, инфекция не проявится; если степень предварительной усталости клеток, тканей и органов не слишком велика - больной выздоровеет; если же накопившаяся усталость слишком велика - больной умрет.

Микробы, спокойно обитающие в организме человека, проникают в кровь, разносятся кровотоком и могут зафиксироваться и размножаться лишь в предварительно утомленных органах. Изменения, которые наблюдаются в лимфатических сосудах, появление характерных пленок на миндалинах в горле при дифтерии, гепатизация легочной ткани во время пневмонии - все это не является результатом деятельности микробов, это - результат действия защитных сил организма. Это - фиксация микробов в лимфатических сосудах, например при тифе, это - разрастание волокнистых нитей, вызывающих уплотнение легочной ткани во время пневмонии, такая же фиксация микробов выявляется на пленках при дифтерите.

Наблюдая более 50 лет в различных больницах и клиниках медицинского факультета развитие инфекционных заболеваний, сопоставляя истории болезни с данными патологоанатомического заключения, мы начали собирать литературу, документирующую роль физиологической и патологической усталости.

Можно утверждать, что роль усталости абсолютно игнорируется в патогенезе инфекционных болезней.
Чередование периодов повышенной температуры с периодами ее нормализации не получило приемлемого объяснения. Открытие пневмококка не внесло ничего нового в объяснение пневмонии. Как в течение нескольких часов происходит опеченение легкого и как затем через 7, 9 или 11 дней неожиданно наступает массивное "оттаивание" легких, как альвеолы, бронхиолы и бронхи за 3-4 ч освобождаются от волокон фибрина и дают возможность больному легко дышать? Клиника и бактериология безмолвствуют.

Один и тот же микроб провоцирует разные болезни. Можно ли говорить о микробной специфике, если один и тот же микроорганизм способен вызвать септицемию (часто смертельную) или маленький фурункул, вылечиваемый за несколько дней?

Каждая чрезмерная усталость вызывает венозный застой. Каждый венозный застой открывает ворога инфекции. Дайте отстояться простой воде в бутылке в течение 15 дней, на ее поверхности появится пленка плесени. Если эту плесень положить под микроскоп, то можно увидеть многочисленную микробную флору.

То же явление, безусловно, - следствие венозного застоя. Полный венозный застой обнаруживается только на трупах. Местный, ограниченный застой совместим с жизнью, но замедление венозного потока предрасполагает к инфекции.

Эволюция каждой болезни разворачивается как фильм: на экране появляются меняющиеся пейзажи, т.е. многочисленные превращения, которым подвергаются клетки и ткани. Эти превращения не могут быть объяснены только одной причиной - бактерией или вирусом. Такому биологическому унитаризму не должно быть места ни в клинике, ни в патологии.

Лечащим врачам терапия различных инфекционных заболеваний диктуется микробиологами. Клиника приняла это положение со странным легкомыслием. Время от времени раздаются робкие протесты клиницистов, предостерегающих об опасности новых медикаментов. Большинство же врачей послушно следуют предписаниям бактериологов и биохимиков. Последние обладают обширнейшими познаниями в области лабораторных реакций подопытных животных. Различные бациллы прививаются в больших дозах кроликам, собакам и крысам, которые живут, питаются в условиях, немыслимых для организма человека. Обладая весьма посредственными клиническими знаниями, бактериологи, тем не менее, предписывают клинике терапию.

Мыслимо ли предложить историку, даже весьма знаменитому в своей области, вести занятия по астрономии?

Отек, мозга (гидроцефалия)

Отек мозга часто наблюдается у детей дошкольного возраста. Если у ребенка 3-4 лет вы констатируете объем суточного количества мочи, не превышающий 200-300 мл, вместо 800 мл (нормальное выделение), если вы найдете припухлость лодыжек и тыльной поверхности руки и пальцев, если маленький больной месяцами, годами кричит по ночам, лишая отдыха всех членов семьи, если в то же время вы установите очень слабое дыхание в легких, перед вами будет случай патологического переполнения черепной коробки застоявшейся жидкостью, сдавливающей мозговые оболочки и мозг.

Если ритм дыхания прерывистый, это показывает сдавление продолговатого мозга и дыхательных центров. Этиологией почти всегда является болезнь почек у матери в период беременности, отравление плода во время внутриутробной жизни интоксицированной кровью матери. Лечение: пиявки за уши каждые 2 мес, фруктово-овощная диета, горячие обертывания грудной клетки, ванны с настоем сена, 3/4 л молока в день.

Если в другом случае вы наблюдаете у ребенка симптомы пляски св. Витта с очень резкими и частыми непроизвольными подергиваниями конечностей, если в анализе мочи кроме уменьшения ее объема вы найдете задержку выделения кальция, перед вами отек мозга, осложненный давлением крупинок кальция на мозговые оболочки. Педиатры редко интересуются объемом выделяемой за сутки мочи. Во Франции в 1963 г. было полтора миллиона дефективных детей, из которых, мы уверены, не нашелся бы ни один, у которого суточное количество мочи было бы нормальным. Лечение то же, что и в предыдущем случае. После серии ванн с-настоем сенной трухи нужно делать желтые перегревающие скипидарные ванны для растворения и выведения молекул кальция, осевших на мозговых оболочках.

В первом и во втором случаях болезнь нередко осложняется афазией или потерей равновесия, или запрокидыванием головы назад (опистотонус), или атрофией мускулатуры конечностей. Все эти болезненные явления исчезают или значительно ослабевают, если применять наши методы лечения в течение нескольких месяцев. Так называемое перевоспитание ничего не дает. Надо перевоспитывать воспитателей.

Гидроцефалия - это чрезмерное скопление прозрачной или мутной жидкости в желудочках мозга. Количество лишней жидкости может дойти до 5 л. Если сразу же не начать лечение, то болезнь приведет к атрофии мозга. Пиявки за уши через каждые 2 мес, фруктово-овощной режим, желтые скипидарные ванны, примененные в ранней стадии заболевания, могут дать полное выздоровление. Чрезмерное скопление спинномозговой жидкости в спинномозговом канале может быть причиной сирингомиелии. При всяком отеке мозга увеличивается расстояние между мозговыми капиллярами и нейронами. В норме расстояние между клетками мозговой коры и капиллярами равняется, по вычислениям проф. Б.Клосовского, 25 мкм. При отеке мозга это расстояние увеличивается, в связи с чем уменьшается подвоз кислорода и возрастает скопление невыделенных отходов. Мозговые клетки асфиксированы и интоксицированы.

Вдумайтесь в эту взаимосвязь между мозгом, легкими и почками и вы поймете, до чего убога современная неврология и психиатрия, не знающие и не желающие замечать этой роковой зависимости. Хрупкость мозговых тканей компенсируется чудеснейшим механизмом защиты. В случаях гиперемии мозга вступает в действие усиленная венозная циркуляция крови через мощные внутричерепные вены; отток венозной крови при мозговой гиперемии может быть увеличен от 3 до 6 раз. Одновременно увеличивается отток спинномозговой жидкости в лимфатических капиллярах и в расширенных лимфатических стволах.

При анемии мозга наблюдается усиленный приток крови в кольцо Виллизия. При застое венозной крови в области воротной вены наблюдается анемия мозга, такая же анемия мозга наблюдается при малокровии Бирмера, при лейкемии и при быстро производимой пункции по поводу асцита, а также при удалении опухоли из полости живота. Заметьте, что при нормальном состоянии в абдоминальной полости находится всего 1/4 объема крови. Анемия различных областей мозга ведет к его размягчению и гибели мозговых клеток.

При острых нефритах, когда объем выделяемой мочи очень невелик, наблюдается простой или токсический отек мозга. Клетки мозга при отеке набухают, как и волокна нервов. Внутри мозговых клеток образуются вакуоли (пустоты). Кровоизлияния чаще всего вызываются повышенным артериальным давлением крови, склерозом почек, сильными психическими эмоциями, а также очень сильным мышечным напряжением, чрезмерным сокращением мышц живота.

При этом чаще происходит повреждение артерий, артериол, капилляров, реже - вен. При вскрытии находят микроскопические аневризмы капилляров и артериол, не причинявших при жизни никакого беспокойства. Без перерождения стенок мелких и мельчайших кровеносных сосудов мозга не могло бы произойти кровоизлияние. А перерождение стенок сосудов вызывается в большинстве случаев аноксемией и интоксикацией как следствия невыведенных почками вредных субстанций.

Дорогие мои коллеги, если вам представится случай находиться у постели больного, только что пораженного мозговым кровоизлиянием, сразу же поставьте ему пиявки за уши, в течение 48 ч давайте ему только фруктовые соки - и у вашего больного не возникнет паралича и он сможет подняться на ноги через 14 дней полного покоя. Без своевременного правильного вмешательства больной останется парализованным и потеряет трудоспособность.

Если перед вами больной, уже довольно долгое время пораженный параличом, вы все же можете организовать эффективное лечение: горячие обертывания грудной клетки, фруктово-овощной режим без соли, желтые скипидарные ванны, которые способствуют растворению и выведению частичек коагулированной крови из внутричерепной области, разлагают и элиминируют трупы мертвых мозговых клеток. Вы сможете, применяя этот метод, достичь больших успехов.

Учение о невозможности замены погибших нейронов новорожденными клетками мозга является трагическим заблуждением современной неврологии и психиатрии. Лекарственное лечение параличей после мозговых кровоизлияний не дает никаких результатов. Проф. Лазорте (Lazorthes, 1956) писал, что фармакологическое лечение расстройств мозгового кровообращения представляет собой запутанную страницу. Имеется мало лекарств, действие которых не было бы противоречиво, так как организация фармакологических исследований производится в очень разных условиях.

Описания большинства из них обширны и противоречивы, хотя далеко не полны. Неуверенность фармацевтической динамики разделяет и физиология, перенявшая ее технику и признавшая те же доктринерские споры. Скажем просто: медикаменты бессильны и часто даже вредны при расстройствах мозгового кровообращения.

Эклампсия

Тысячи беременных женщин умирает ежегодно во время приступов эклампсии. Последняя характеризуется тяжелыми судорогами, которые могут вызвать смерть. При вскрытиях находят кровоизлияния и очаги омертвления в тканях печени, точечные кровоизлияния в мозгу, жировое перерождение эпителиальных клеток в почках, множественные тромбозы в почечных клубочках, эмболии, состоящие из гигантских клеток плаценты. Патологи объясняют эти явления как проникновение клеток плода в вены матери.

Происхождение эклампсии неизвестно.
В то же время говорят о расширении обоих мочеточников, задержке и сокращении суточного объема мочи, отеке конечностей и довольно часто - отеке мозга. Каждый раз, когда при вскрытии трупа патологи обнаруживают целый ряд изменений, они обязаны были бы установить иерархию этих изменений.

Следовало бы им понять, что самый главный фактор - это ярко выраженная пачечная недостаточность, которая время от времени вызывает задержку ядовитых веществ в крови, лимфе и в спинномозговой жидкости.

Акушеры, невропатологи, урологи должны осознать, что всякая беременность сопровождается значительным увеличением метаболизма; увеличение же метаболизма должно в свою очередь сопровождаться более быстрым выделением через почки. Когда количество и объем этих вредных веществ в крови и лимфе превышает определенный предел, когда защитные силы организма не могут их ликвидировать (с помощью фагоцитоза, увеличения объема мочи за сутки), наступает эклампсия. Часто в первые 3 мес беременности наблюдается рвота. Мы не нашли в медицинской литературе объяснение этого явления. Для нас это - предэклампсия.

Мы рассматриваем рвоту у беременных женщин как элиминацию ядовитых субстанций, не выведенных почками через пищеварительный тракт. Можно избежать гибели беременных женщин от эклампсии, если бы акушеры требовали полный анализ мочи. Устанавливая задержку мочевины, мочевой кислоты, хлористого натрия, акушеры и урологи должны своевременно предписать молочно-фруктово-овощной режим, промывание почек клизмами с питьевой содой и водолечение в соответствии с состоянием кожи.

Пора положить конец этому опасному интеллектуальному дальтонизму акушеров и урологов. Начиная со 2-го месяца беременности необходимо делать анализ мочи (полный!) и тем избегнуть опасности эклампсии у ваших клиенток.

Медикаменты
(их история, опасность современной терапии)

В течение тысячелетий человечество безостановочно искало средства излечения болезней, избавления от физических и моральных страданий. Каждая цивилизация, даже каждый этап цивилизации ищет и находит медикаменты соответственно степени знаний в области естественных наук и клиники.

Но при изучении фармакопеи на протяжении многих лет приходится констатировать, что в каждую эпоху терапевтические средства принимаются массой людей в атмосфере мифомании, а медицинскими корпорациями - с наивным легковерием. Наша эпоха не представляет исключения из правила.

Дорогие читатели, приглашаю вас совершить со мною путешествие: вместе мы бегло посетим аптеки цивилизованного мира на протяжении 30 последних веков. Тщательное изучение бесспорных исторических документов заменит личные контакты.

Перенесемся в Китай за 2700 лет до н.э. Мы найдем в китайской фармакопее той эпохи наравне с минеральными веществами, такими как бура, квасцы, ртуть, экскременты, различные секреции, кожу и бренные останки животных. У евреев действенным средством исцеления являлась молитва. В Египте папирус Эбера в 1352 г. до н.э. в эпоху Рамсеса насчитывает более 700 различных лекарств, некоторые из них применялись еще в III веке до н.э. Лишь с приходом великого греческого врача Гиппократа за 400 лет до н.э. кодифицируется ясное, простое и эффективное обучение. Более 200 лекарств упоминается в Corpus Hippocraticum. Труд его был опубликован через 100 лет после его смерти. Гиппократ уже говорил о более или менее опасных смешиваниях лекарств, рассматривая их применение как преступное действие, к которому он сам никогда не прибегал.

Когда Александрия становится большим интеллектуальным центром, среди ходовых лекарств той эпохи мы находим мозг, желчь верблюда, экскременты крокодила, кровь черепахи. Надо заметить, что именно в Александрии медицинское искусство разделилось на три ветви: диететика, фармакология и хирургия.

Средние века отмечены возвратом к мистической медицине. Христианская добродетель заменяет убогие терапевтические познания. Заклинания духовенства, изгнание злого духа соседствуют с практикой магии и волшебства. В эпоху Аверроесов (Averroes) (около тысячелетия) в фармакопее великого епископа Багдада находим красную окись ртути, соляную кислоту, ляпис.

В 1608 г. Бегуэн (Beguin) открывает каломель, Глаубер (Glauber) - сульфат натрия. Большой популярностью пользовались и секретные средства. Магия в полном расцвете. Увлекаются амулетами, талисманами, рубин пользуется репутацией предохранения от чумы и других болезней.

В XVII в. хризотерапия (лечение золотом) предписывается в любых видах: порошок золота, золото в масле, напитки с золотом, цыплята, фаршированные золотом. В 1920 г. классическая медицина вновь вводит в свой арсенал эту очень опасную терапию. Безумие XVII в. оказалось совсем забытым, и в продолжении почти 20 лет можно было наблюдать у несчастных больных легочным туберкулезом и бронхиальной астмой экземы, спровоцированные этой терапией, тогда как основное заболевание не излечивалось. В том же XVII в. считалось, что кроты и черви могут излечить невралгии, печень ласточки предохраняла от супружеской неверности, экскременты входили в состав многих пластырей, а мочевина использовалась в виде компрессов при лечении ревматизма.

Нам скажут - это прошлое, теперь фармакологическая индустрия затрачивает сотни миллионов на эксперименты на животных, на клинические проверки. Врачи, как и больные, чувствуют себе уверенно, слишком уверенно! Действие испытанного на кролике или собаке препарата модифицируется на здоровых испытуемых и не проявляется одинаково у здорового и у больного человека. У последнего всегда могут проявиться непредвиденные реакции. Когда предписывается какой-либо медикамент, всегда надо продумать, каким изменениям он подвергнется под действием желудочного сока (растворяемость, окисление, омыление, гидролиз наступают поочередно). Сочетание с жирами и белками увеличивает или уменьшает токсичность медикамента.

Печень, мышцы, миокард, мозг могут фиксировать действующее начало; почечная или печеночная недостаточность может вызвать накопление медикамента в организме.

В наши дни большинство медикаментов является монополией заводских лабораторий. Замысловатые названия дают лишь намек на одну из составных частей содержимого. На одном коллоквиуме Парижского медицинского факультета было подсчитано, что только во Франции выпускается 15 000 лечебных препаратов! Однако, согласно хорошо информированным источникам, это количество значительно больше. Можно ли среди такого многообразия медикаментов, продолжающего все возрастать, выбрать настоящее, подходящее в данном индивидуальном случае лекарство?

Нужно говорить и повторять, что для врача, сознающего свою ответственность, этот выбор невозможен. Ведь до сих пор неизвестен механизм действия даже такого распространенного лекарства, как аспирин.

Терапия наводнена индустриальной фармакологией. Ее количество убивает качество ухода за больным. Вот одно из многих заключений некоторых французских клиник. Ставится вопрос об успокоительных, стимулирующих, обезболивающих, о злоупотреблении ими и об опасности современной терапии. Злоупотребления неоспоримы, если подумать, что во Франции ежедневно поглощается 400 т медикаментов. Соединенные Штаты недавно отпраздновали выпуск 500 000-го препарата; 75 % употребляемых сегодня средств были еще неизвестны 10 лет назад (Escoffier-Lambiotte, 1962).

Болезни сердца и сосудов, рак и лейкемия, органические нарушения и вирусные инфекции в настоящее время бесконечно учащаются и являются самыми частыми причинами смерти. 500 000 медикаментов! Можно ли представить себе слесаря, употребляющего при работе 5000 инструментов? Хирурга, использующего во время операции 100 инструментов? Подумайте немного и вы поймете, что это невозможно, а также поймете, что 99 % медикаментов, ежедневно глотаемых больными, бесполезны. К сожалению, некоторые лекарства еще и очень опасны для здоровья, в чем можно убедиться ознакомившись с научным журналом послеуниверситетского образования, собравшим свидетельства многих клиницистов.

Так, доктор Бур (Bour) привлекает внимание врачей к случаям, вызванным слишком длительным применением внутримышечных инъекций гепарина. Превышая установленный предел, можно вызвать мозговые геморрагии, кровоизлияния в пищеварительном тракте или гематурию. Некоторые лекарства, применяемые при лечении ревматизма, очень токсичны и провоцируют явления, сопровождающиеся цианозом, различного типа геморрагиями вплоть до анемии и агранулоцитоза. Пирамидон вызывает прогрессирующий рост гаст-родуоденальных язв.

Хлорпромазин или лаграцин часто вызывают желтуху и ортостатическую гипотонию. Кроме того, применение лаграцина в больших дозах между 10-м и 15-м днем лечения может вызвать синдром Паркинсона. Тофранил способен вызвать эпилептический приступ, страх или депрессию, которые могут довести пациента до самоубийства. Раувольфия, резерпин часто сопровождаются депрессивными проявлениями, а также образованием гастро-дуоденальных язв.

Когда с помощью антибиотиков достигается сенсационное понижение температуры во время инфекционных болезней, забывают, что повышение температуры "сжигает" вредные субстанции и что резкое снижение ее часто влечет за собой развитие хронических расстройств. Из работ доктора Ройера (Royer) мы узнаем, что внутривенно вводимые препараты кальция, излишек витамина D, ультрафиолетовые лучи могут спровоцировать почечные колики и смертельные случаи от интоксикации кальцием (многочисленные случаи у детей в Лондоне). Аспирин может вызвать перфорацию язвы желудка, то же можно сказать в отношении глюкокортикоидов. Ее безболезненная эволюция может завершиться смертью.

Аспирин никогда не вызывал кровоизлияний до эры антибиотиков, кортизона и современных противоревматических препаратов; можно предположить, что аспирин становится способным вызывать кровоизлияния у части населения, ставшего чувствительным вследствие аллергиза-ции, спровоцированной современными лекарствами.

В настоящее время геморрагии без какого-либо подтверждения рентгеновскими снимками стали очень частыми, так как современные медикаменты нарушили сопротивляемость сосудистых стенок. Говорят о предрасположении к язве желудка. Это неверно. Это результат беспрерывной интоксикации современными лекарствами.

Согласно некоторым авторам, глюкокортикоиды могут вызвать хронический нефрит. Что касается меня, я думая, что нефрит уже существовал до применения медикаментов, но поскольку не делается полного анализа мочи, то он остался нераспознанным, а кортизон его лишь обострил и осложнил. Длительное применение кортизона может вызвать воспаление надпочечников.

К осложнениям вследствие гипсркортизонизма относятся гипергликсмия, подобная диабету, остеопороз и спонтанные переломы.

Доктор Лсврд (Levral) и доктор Ламберт (Lambert) во вступлении к своей потрясающей работе предлагают совмещение антибиотиков с кортикоидами. Чтобы уменьшить эффект медикаментозной агрессии, предлагается присоединить к ней другую медикаментозную агрессию и тем самым удвоить опасность интоксикации! Для объяснения осложнений прибегают к помощи аллергии и анафилаксии, вместо того чтобы искать почечную недостаточность и гапхжсемию, Серпазил и тофранил могут также привести к снижению артериального давления из-за ослабления миокарда. У больных артериосклерозом тахикардия часто сопровождается гипотонией, поэтому старикам такое лечение противопоказано. Забывая о соматических эффектах, создали химическую смирительную рубашку!

Как мы видим, заслуженные врачи нашли в себе мужество подвести итоги опасного действия новых лекарственных средств, они подняли голос против ежедневных массовых отравлений, против все возрастающего количества аллергических заболеваний.
Кто же окажется мудрым и прислушается к ним?

Статистика

В медицинской прессе, в журналах, статьях часто говорится об огромных достижениях современной медицины. Члены всех медицинских академий убеждены, что на протяжении последних десятилетий медицина стала более научной, более эффективной, что медицинское образование стало более глубоким и обширным.

Среди многих видов наркоза (алкогольный, опиумный и т.п.) существует и наркоз работы. Честные, материально не заинтересованные люди оказываются анестизированы собственными усилиями в работе и не способны оценить истинное значение своего труда специалиста. У них нет ни времени, ни желания подвести итог своей научной активности. Это довольно печальная истина.

В США, где специализация врачей дошла до крайнего предела, где беспрестанно растет количество новых медикаментов, где хирурги заменяют живые органы искусственным субстанциями, президент Академии питания в Нью-Йорке М.К.Мартин опубликовал отчет о количестве хронических больных в США за 1958 г.

Вот эти цифры: 20 млн людей с аллергическими заболеваниями, 15 млн глухих, 300 000 слепых, 1 млн больных глаукомой, 16 млн больных психозом, 3 млн слабоумных (дебилы, олигофрены), 1.5 млн эпилептиков, 10 млн больных атеросклерозом и с нарушениями сердечной деятельности, 10 млн больных артритами и артрозами, 1 млн диабетиков, 700 000 больных со злокачественными опухолями, 400 000 больных туберкулезом, 8.5 млн больных язвой желудка и двенадцатиперстной кишки, 100 000 больных с мышечной атрофией, 4 млн человек страдают от последствий алкогольной интоксикации и 32 млн от ожирения.

В этом отчете отсутствует число людей, страдающих заболеваниями печени, желчных путей, простатитом, гипертонией и др. Как далека реальность от неоправданной эйфории академиков! 120 млн больных на население в 170 млн!

Возможна адаптация к акустической усталости, провоцируемой радио, к визуальной, вызванной телевидением. Но трудно приспособиться к питанию консервами, к снотворным, возбуждающим медикаментам, к антибиотикам, к успокаивающим лекарствам, инъекциям гормонов, адаптироваться к заражению воздуха, т.е. в основном - к злоупотреблениям современной фармакологической терапии.

Полная, глубокая и неотложная ревизия современной медицины становится неизбежной уже и сегодня. Истинное величие человека, на которого возлагается особая ответственность, заключается в умении исправлять ошибки и допускать новую концепцию, более соответствующую реальности.

Литература

Абрикосов А.И. Основы частной патологической анатомии. 4-е изд. М., 1950.
Бехтерев В.М. Обозрение психиатрии, неврологии и экспериментальной психологии. СПб., 1896. Т. 1.
Вавилов С.И. Глаз и Солнце. 7-е изд. М., 1958.
Винтернитц В. Гидротерапия, основанная на физических и клинических началах.
СПб., 1893. Войно-Ясенецкий М.В. Патологическая анатомия и некоторые вопросы патогенеза малярии. М., 1950.
Гуревич М.О. О нейрофибриллах и их изменениях при некоторых патологических условиях. СПб., 1908.
Клосовский Б.Н. Циркуляция крови в мозгу. М., 1951.
Клосовский Б.Н., Космарская Е.Н. Деятельное и тормозное состояние мозга. М., 1961.
Кравков С. Глаз и его работа. М., 1950. Павлов И.П. Поли. собр. соч. М.;Л., 1951. Т. 2.
Подвысоцкий В.В. Основы общей патологии. М., 1905.
Саркисов С.А., Поляков Г.И. Цитоархитектоника большого мозга человека. М., 1949.
Сперанский А.Д. Нервная система в патологии. М.;Л., 1930.
Тареев Е.М. Клиника малярии. М., 1946.
Abderhalden E. Gedanken ernes Biologen. Zurich, 1947.
Abderhalden. Grundriss der Ailergie. Basel. 1950.
Anderson, McDonald. Origine, frequency of microscopie calculy // Kidney Surg. 1946. Vol. 82. P. 275.
Aschoff L. Patologische Anatomic. Jena, 1923. Bd 2.
Back M. Principes de physiopathologie. Paris, 1956.
Baillard P. Affections vascularies de la Retine. Paris, 1953.
Bartels D. Das Lymphefassystem // Handbuch Anatomie. Berlin, 1909.
Bastai P., Dogliotti G.C. Physiopathologie de la vieillesse. Paris, 1938.
Bernard C. Lecons sur les phenomenes de la vie communes aux animaux et aux vegetaux.
Paris, 1878. Bier A. Das Leben. Munchen, 1931.
Bircher-Benner M. Grundzilge der Erniirungs-Therapie auf Grund der Energetic. Berlin, 1909.
Blum P. Precis de therapeutique pratique. Paris, 1935.
Cajal R. Histologie du sysieme nerveux de rhomme et des vertebres. Paris, 1909.
Carrel A. // JAMA. 1927. Vol. 82. P. 255.
Chang H.T. // J. Neurophysiol. 1951. Vol. 14. P. 3.
Chauchard P. I-a chimie du cervean. Paris, 1943.
Chauchard P. Le sysieme nerveux. Paris, 1951.
Chauvois L. Place aux veines. Paris, 1957.
Clarke A. Genetics for the chinician. Oxford, 1963.
Cohnheim J. Allgemeine Pathologic. Berlin, 1877. Bd 2.
Delator G. Les maladies des veines. Paris, 1932
Devrient W. Uberwarmungsbader Schlenzkur und Sauna in der Praxis. Berlin, 1942.
Dubos R. Mirage de la same. Paris, 1961.
Economo C. von. Zellaufbau der Grosshirnrinde des Menschen. Berlin, 1927.
Erb W. Krankheiten der peripheren cerebrospinalen Nerven // Mandbuch der spez.
Phatologie. Berlin, 1878. Bd 12.
Evans H.M. // Handbuch der Entwicklungsgeschichte des Menschen. 1911. Bd 2. S. 602.
Fiessenger N. Etapes de maladies. Paris, 1945.
Forbes H., Cobb S. // Brain 1935. Vol. 61, N 2. P. 22.
Fox C., Barnard J. // J/ Anal. 1957. Vol. 91, N 3. P. 299.
Fredericq S. Principes de physiologic generale. Paris, 1949.
Gamble J.L. The chemical anatomy physiology and pathology of extracellular fluids. Cambridge, 1954.
Gregoraci M. Ropporti fra tuberculosi e diabete. Madrid, 1927.
Goldscheider A. Therapie innerer Krankheiten. Berlin, 1929.
Heidenhain M. Plasma und Zelle. Jena, 1911.
Heilmeyer L. Physiologic pathologique appliquee. Paris, 1946.
Heubner W. von. Der Mineralbestand des Korpers. Berlin, 1931.
Hoffmann A. Krankheiten der Kreislauforgane. Leipzig, 1919.
Huchard L. Maladies du couer et de Laorte // Traile Clinique. 1913. Vol. 3.
Jeannet A. Simposition on mental retardation. Los-Angeles, 1956.
Jentzer A. Traitement biologique des infections. Paris, 1928.
Kahlmeter S. Manuel pratique de rheumatologie. Paris, 1949.
Kneip S. Meine Wasserkur. Munchen, 1886.
Krogh A. The anatomy and physiology of capillaries. London, 1936.
Lampert H. Physikalische Therapie. Dresden;Leipzig, 1952.
Lazorthes G. Les hemorragies intracraniennes. Paris, 1952.
Lazorthes G. L'Hemorragie cerebrale. Paris, 1956.
Leriche R. La chirurgie de la douleur. Paris, 1940.
Leriche R. La chirurgie a L'ordre de la vie. Paris, 1944.
Leriche R. Bases de la chirurgie physiologique. Paris, 1955.
Levi G., Meyer H. // Anat. Anz. 1937. Bd 83. P. 401.
McMaster Ph.D. // J. Exp. Med. 1947. Vol. 86. P. 293.
Marcoux M. Traite du paludisme. Paris, 1926.
Marinesco G. Nervax. 1906. T. 8. P. 2.
Mettler H. Neuroanatomy. London, 1942.
Mill J. Liver diseases in Jamaican children. New York, 1957.
Muhlens I. // Neue deutsche Klinik. 1931. Bd 7.
Miiller O. Die Kapillaren der menschlichen Korperoberflache in gesunden und kranken
Tagen. Stuttgart, 1922.
Munk F. Organon fur die praktische Arzneiheilkunde. Stuttgart, 1951. Peters J.P. Body water: The exchange of fluids in man. Baltimore, 1935. Policard A.
Precis d'histologie physiologique. Paris, 1944. Policard A. Le poumon. Paris, 1955.
Policard A. Contacts et adherences intercellulaires. Presse med. 1963. T. 71. P. 2389.
Policard A. Cellules vivantes et populations cellulaires. Paris, 1964.
Policard A., Baude C.A. Les structures inframicroscopiques des cellules et des tissus. Paris, 1958.
Polonovski M. Biochimie Medicale. Ser. XII. Paris, 1951.
Polonovski M. Biochimie Medicale. Ser. XVI. Paris, 1954.
Pomerat E. Rotating nuclei in tissues // Exp. Cell. Res. 1953. Vol. 5. P. 191.
Reilly J. Systeme nerveux en pathologie renale. Paris, 1942.
Richet Ch. Savoir rester jeune. Pariss, 1950.
Richet Ch., Mans A. La pathologie de la deportation. Paris, 1958.
Riesser O. Muskelpharmakologie. Bern, 1949.
Rouviere H. Sur les lymphotiques des ganglions sympathiques cervicaus // Annu. de l'anat.,
pathol. et norm. 1929. T. 6, N 2.
Selye H. The stress of life. New York, 1956. Serveille M. Pathologie vasculaire. Paris, 1952.
Souege R. La vie vegetale. Paris, 1949.
Souege R. La cinematique de la vie. Paris, 1954.
Tendeloo. Studien iiber die Ursacher des Lungen Krankheiter. Wisebaden, 1902.
Virchow R. Cellularpathologie. Berlin, 1871.
Weiss P., Wang H. // Anat. Res. 1936. Vol. 67, N 1. P. 105.

Ученые о концепции А.С.Залманова
Залманов и капилляры (фрагмент статьи проф. М.Манчини)

Подвижный, полный юмора, маленького роста, с проницательными глазами, с вечной папиросой во рту и руками чрезвычайно чувствительными, этот человек прожил жизнь, похожую на роман. Чтобы платить за свое учение, Александр Залманов был судебным хроникером, контролером в подмосковных поездах, старшим мастером на стройках и автором любительских пьес. Он отдался изучению медицины, но на четвертом году занятий прервал их, чтобы основательно познакомиться с юридическими науками, литературой и философией. "Одной техники мало, - говорил он, - чтобы создать врача и изучить человека".

Затем он вернулся к медицине и вскоре оказался одним из лучших русских специалистов. За свои политические убеждения, мало согласовавшиеся с директивами царского правительства, он был выслан, поехал в Германию и поступил в Гейдельбергский университет. Там он стал учеником крупного невролога Эрба и посещал других крупных специалистов того времени.

В Италию (в Рим) он приехал к Форланини, создателю пневмоторакса. Несколько лет был директором санатория около Женевы. Затем опять вернулся в Германию, в Гейдельберг - к Крелю; в Кельне работал у Морица, в Вене - у Винтерница, в Марбурге - у Брадеча, а в Париже - у знаменитого кардиолога Гишара.

Это беспокойный человек, странник, ненасытно любознательный. Он чувствует, что ему не хватает общего, так сказать, панорамного постижения человеческого тела, телесного единства, синтетического человека.
Это единство, которое он упорно ищет, исчезает, рассыпается во множественной специализации. Знание одного органа или системы органов не дает возможности увидеть больного целиком, во всей его целостности, а так как без этого нельзя поставить правильного диагноза и успешно лечить, то доктор Залманов продолжает искать.

Разразилась первая мировая война. Он возвращается в Россию, заведует военным госпиталем, был ранен, получил медаль. После революции ему поручают реорганизацию борьбы с туберкулезом, он руководит в Наркомздраве курортами, где лечат водами. Ему доверено лечить Ленина. И в один давний вечер 1921 г. в скромной квартире в Кремле Ленин, довольный работой своего врача, спросил его, как спрашивают в сказках, не желает ли он чего-нибудь? Всякое желание его будет тотчас же удовлетворено. И доктор Залманов вторично изменил свои привычки, отказался от легкой жизни и славы и вернулся в Германию.

В течение долгих лет ненасытный "любознавец", вечно неудовлетворенный, посещает самые знаменитые клиники и самые прославленные институты. Он последовательно работает в клиниках Крауса, Бергмана, Гиса, Зондека, Гольдшейдера, Шлейера, Мунка, в педиатрических клиниках Черни, Экерта, Опица, в радиологической клинике Лазара, в туберкулезной клинике Клемперера и Ульрика, в институте патологической анатомии Любарша и Ресси, в кожной клинике Бушке и Стокеля, в неврологической - Бонгфера, в институте биохимии Оппенгеймера.

Он изучал, работая с крупнейшими учеными, все области медицины; его осведомленность, без преувеличения, исключительна и выходит за пределы обычного. Он захотел ввести единство и логику в область, где господствует разделение. Он захотел расшифровать то, что специализация сделала недоступным для этой расшифровки: человеческое тело в его торжественной целостности и нераздельном единстве. Ядро теории Залманова заключается в изучении организма на основе системы кровеносных капилляров. Он утверждал, что нет ни одной болезни, сопровождаемой морфологическими изменениями, нет ни одного функционального расстройства, при котором состояние капилляров не оказалось бы первостепенным фактором.

Мысли А.Залманова изложены в книге, вышедшей уже и в итальянском издании (А.Залманов. "Тайны и мудрость тела". Милан).

Мудрый о таинственной мудрости тела
(Мысли проф. Ф.Фридберта о книге А.Залманова)

Что можно услышать от настоящих знатоков Китая и Дальнего Востока, что они в течение долгих поисков и учебы, и даже тогда, когда им казалось, что они стоят на грани открытия непонятных секретов, на самом деле убеждались, что ничего не знают.

Ненамного лучше обстоит вопрос и с нашими представлениями о жизни, с представлениями о нашем собственном теле. Сколько бы ни было отдельных открытий, сделанных со времен великого Гиппократа, т.е. в течение 2500 лет, все они оставались частичными, половинчатыми открытиями, так как в большинстве случаев, вместо того чтобы рассматривать явления, связанные в едином космическом мироздании, теоретические объяснения строились на односторонних и противоречивых взглядах, которые приводили к частичным или полным ошибкам.

И в конце концов после тщательного и внимательного изучения приходится утверждать, что история медицины является ничем другим, как историей медицинских ошибок.

Принимая во внимание сказанное, становится ясным, какое значение имеет таинственная мудрость нашего тела, когда оно здоровое и когда заболевает. Для того чтобы можно было понять эту таинственную мудрость, медицине наших дней необходимо полностью избавиться от механического мышления и попытаться двинуться по новым дорогам, как это делает Александр Залманов в своей книге "Секреты и мудрость тела", которой он дал очень образный подзаголовок "Медицина глубин".

Автор отбрасывает кажущиеся эффектными внешние явления и вторгается в недра жизни, как таинственный волшебник, познавший мудрость Востока. Речь идет о враче, который глубоко не согласен с современной медициной и предлагает ей открытый бой. Доктор медицины, окончивший университеты России, Германии и Италии, практиковавший на поприще медицины в Советском Союзе, проработавший 8 лет в различных клиниках Европы у самых знаменитых врачей своего времени, он в результате длительных наблюдений и размышлений посвятил себя эмпирической медицине, так как, по его собственным словам, наука о больном человеке должна оставаться прежде всего проблемой человеческих наблюдений. В противовес утверждениям о локальных заболеваниях, болезнях отдельных органов, Залманов утверждает, что болезнь всегда поражает всего человека, исходит из динамики живого, пульсирующего организма и указывает на значение кровообращения и физиологии капилляров.

Превалирующее значение физиологии кровообращения становится ясным, если вдуматься, что, по данным, приведенным в книге Залманова, общая длина капилляров у здорового человека равна 100 000 км, длина почечных капилляров 60 км, поверхность капиллярного эндотелия 6000 м и поверхность легочных альвеол почти 8000 м2.

Головокружительная игра с цифрами! Между тем речь идет не о запоминании отдельных цифр в метрах и километрах как мертвого балласта в науке, а о подходе к человеческому телу как целому во взаимоотношениях длин и поверхностей, на широкую дорогу единственно правильной физиологической анатомии.

Когда автор проводит параллели с естественными науками, особенно с современной ядерной физикой, то и здесь он не идет на преклонение перед цифрами и масштабами. Речь, по существу, идет о том, чтобы при помощи разных наук прийти к единым истинам, подчиненным всеобщим законам.

На этом кажущемся обходном пути в принципиальных обсуждениях автор выстраивает цельную динамику человеческого организма, исходя из кровообращения в совершенно новых размерах, в противовес обычной клинической точке зрения. Важность такого взгляда на цельность человеческого организма продемонстрировал на медицинском заседании в Ульме доктор Зольман из Мюнхена в своем докладе о важности кинетики позвоночника для глаза, подтвержденной рентгеновскими снимками.

Мы начинаем вдруг понимать огромное значение диафрагмы как "второго сердца" для венозного кровяного и лимфатического русла. Мы теперь понимаем, что означает изменение объема органов как физиологически, так и патологически; взять хотя бы легкие во время вдоха и выдоха, и мы поймем глубокий смысл "проветривания" нашего организма. Из таких познаний, естественно, вырастают глубокие выводы для практики. Так, на одном только примере легочного туберкулеза (доктор Залманов работает 26 лет по туберкулезу своим собственным методом и имеет большой авторитет по этой, все еще такой опасной болезни) становится ясной точка зрения Залманова, исходящая из физиологии, патологии, диагностики и терапии. Эта точка зрения исходит из глубоких взаимозависимостей, из динамики жизни. Основываясь на этом, он неизбежно приходит к естественному подходу к организму, в котором наряду с гидро- и бальнеотерапией придает огромное значение принципам саморегуляции организма, освобождающего самого себя путем дренажа от отравляющих и вредных веществ. При этом автор отводит медикаментам минимальное место.

Хочу еще раз вкратце сказать: мы должны предоставить этой книге особое место в нашей медицинской литературе. Она создана автором на основе глубоких знаний и огромного практического опыта. Она может дать неоценимо много каждому медику, в чьем сердце она найдет отклик и который понимает необходимость поднятия уровня своих биологических знаний. Книга написана захватывающе интересно, и знакомство с ней оставляет непередаваемое впечатление.

Академик Б.Н.Клосовский О книге А.Залманова
"Секреты и мудрость тела"
(Глубинная медицина)

Факты и рассуждения, которые приводит в своей книге А.Залманов, направлены на то, чтобы убедить врачей при различных патологических состояниях организма вместо неисчерпаемого количества химико-фармакологических средств широко применять физические методы лечения.

А.Залманов на основе более чем 60-летнего опыта практического врача пришел к выводу, что основными причинами, приводящими к патологии того или иного органа, а в дальнейшем и всего организма, являются нарушения функционирования гуморальных систем тела - лимфатической, кровеносной и особенно ее капиллярной части. Поэтому автор книги восстает против введения лекарственных веществ, тем более введения их инъекционным способом. Он призывает к углубленному изучению гуморальной патологии, т.е. к изучению качественного и количественного учета расстройств, происходящих в составе жидкостей человеческого организма.

Нарушения физиологии капилляров А.Залманов рассматривает как один из основных моментов болезней человека. К тому, что он заметил своим зорким и вдумчивым глазом врача-практика и обобщил в теорию патогенеза большинства заболеваний, экспериментальная наука пришла после проведения многочисленных опытов на животных и проверки их в клинике.

Мы не можем не согласиться с А.Залмановым относительно того взгляда, что обмен веществ происходит на уровне капилляров. Об этом говорят и наши совместные с Е.Н.Космарской исследования, обобщенные в монографии "Деятельное и тормозное состояние мозга" (1962 г.).

Нами было показано, что кровообращение того или иного органа нельзя рассматривать как питание органа или клетки артериальной кровью. Каждый орган или клетка должны обеспечиваться двумя системами, а именно системой, приносящей артериальную кровь, и системой, обеспечивающей отток венозной крови с продуктами обмена органа или клетки. Обе системы должны работать точно и сопряженно. Если одна из систем выходит из строя, а другая не справляется с перегрузкой, в организме возникают патологические процессы, приводящие в конечном счете к болезни.

Вот почему А.Залманов все свое внимание сосредоточивает на поддержании нормального функционирования этих двух систем: на восстановлении правильного капиллярного кровообращения, на освобождении организма от продуктов обратного метаморфоза, скопившихся в венозном русле кровеносных сосудов. Для этого автор рекомендует такие методы лечения, как например применение пиявок. Однако большое внимание он сосредоточивает на гидротерапевтических процедурах, детально разработанных им и описанных в его книге. Это в основном тепловые ванны с различными примесями (с белой скипидарной эмульсией или желтым раствором). А.3алманов отмечает, что белая скипидарная эмульсия способна повысить артериальное давление, желтая, наоборот, - понизить.

В части случаев их применение чередуется как между собой, так и с добавлением к ваннам сена и ореховых листьев.

А.Залманов рекомендует и местные обертывания или погружение в возрастающую по температуре ванну отдельных частей тела, например рук и ног, чем он достигает не только местного расширения капилляров, но и улучшения кровообращения рефлекторным путем в отдаленных участках организма. Сказанное позволяет думать о широкой перспективе для более углубленного исследования взаимозависимости кровоснабжения отдельных частей тела.

Следует отметить, что А.Залманов все свои назначения осуществляет не банально по трафарету, но после тщательного биохимического изучения состава жидкостей организма. В этом отношении интересны взгляды автора на значение диафрагмы как "второго сердца" для организма, которое способствует оттоку лимфатической жидкости и венозной крови в венозное кровяное русло.

Книга А.Залманова призывает врача критически относиться к применению различных лекарственных веществ, которые в ряде случаев приносят облегчение тому или иному органу, нарушая в то же время функцию другого органа. В результате огромного числа ежедневно выпускаемых различных химико-фармацевтических веществ практическому врачу не представляется возможным наблюдать за их положительным действием в одних случаях, либо отрицательным - в других. В этом отношении хорошим примером может служить печальная участь такого "прекрасного" успокоительного средства, как транквилизанта, выпущенного западногерманской промышленностью.

Данное средство отвечало своему назначению, и применявшие его лица действительно испытывали успокоение, имели хороший спокойный сон. Однако применение этого препарата у беременных женщин приводило почти в 100 % случаев к рождению детей с различными уродствами, особенно с фокомелией. И только после применения этого успокаивающего средства в течение ряда лет, после появления не одной тысячи детей-уродов практические врачи подметили его отрицательные свойства.

Многие врачи стали замечать, что и другие новейшие химико-фармацевтические средства в конечном счете приводят организм не к излечению, а к новым заболеваниям. В этом отношении в литературе появилось несколько монографий, трактующих о лечебных средствах, вызывающих болезни (например, Г.Александер. "Осложнения при лекарственной терапии". М., 1958).

Книга А.Залманова ведет врача к рациональной терапии и профилактике, направленной на восстановление нарушенных функций организма в целом или отдельных его частей, на предупреждение болезней и старения организма, на продление его жизни. Поэтому возврат к естественным методам лечения на новой, научно разработанной основе, к которой взывает книга А.Залманова, надо всемерно поддерживать. Книга, которая переведена почти на все основные языки, должна быть переведена и на русский язык.


Back Next